Социальному служению ЕХБ в Красноярском крае - 10 лет

В 2009 году исполняется 10 лет социальному служению ЕХБ в Красноярском крае. По сравнению с вечностью – не много, но если сравнивать с тем, что было в крае ДО того, как это служение организовалось и с тем, что мы имеем сейчас в качестве его плодов – отнюдь немало.

Евгений Киреев сегодня, как и 10 лет назад самоотверженно совершает это служение. Все эти годы он являлся координатором социального краевого служения евангельских христиан-баптистов, и за это время сумел развить это служение, распространив его пределы по просторам красноярской, и даже российской, земли.

В понедельник Женя, по обыкновению, находился в красноярском Доме Молитвы. В этот день проходят как планерки с руководителями христианских центров социальной помощи, так и консультации зависимым людям, пришедшим за помощью в Дом Молитвы. Там мы с ним и побеседовали о его служении.

– Давай начнём с того, как все началось?

– С того, что в Дубинино открыли реб.центр. (сокращенное название «реабилитационного центра» или по-другому Христианского Центра Социальной Помощи (ХЦСП)). Это было в 1999 году.

– 10 лет назад… С чего все началось?

– Анатолий Душин (на тот момент пастор церкви п.Дубинино Красноярского края) предоставил свою квартиру для желающих.

– И что? Сразу начали съезжаться наркоманы, алкоголики?

– Да, начали приезжать.

– Кто же стал первым выходцем?

– Я не знаю.

– А кто был первым лидером центра?

– Тимофей Ляху.

– Жень, когда ты сам вступил в ряды этого служения?

– Через год.

– Когда ты сам приехал на духовную реабилитацию?

– Да, это было 9 января 2000 года.

– Потом ты прошёл двухмесячную реабилитацию? А что произошло потом?

– Я жил там до мая. Уже в марте там накопилось много народу - тех, кто уверовал: Максим Эккарт, Юрий Гордеев, Александр Сытников, Дима Степанов.

– Все дивногорские практически, да?

– Дмитрий Степанов не дивногорский, сосновоборский он. В марте 2000 мы открыли уже центр в Лесосибирске. Туда уехал Сытников Александр. А в мае мы туда приехали показывать фильм «Иисус». Следом Макс Эккарт открывает ребцентр в Ужуре. А потом, Юрий Гордеев - в Дивногорске.

Следом был открыт центр в Бархатово в этом же году, в Заозёрном - в августе, я там помогал. После Заозёрного мы поняли, что центры не работают так эффективно, они открывались и функционировали хаотично. Мы с братьями принимаем решение организовать некую систему центров социальной помощи. Меня поставили координатором.

- Почему тебя?

- Потому что я один был семейным человеком. (смеется)

– За период существования ХЦСП есть статистика - сколько прошло людей через центры?

– Как таковой нет… У нас нет цели бороться с наркоманией, алкоголизмом. У нас цель – проповедовать Евангелие. Все, кто к нам попадает, всем проповедуем Евангелие. Кого из них исцеляет Бог, мы рады, что Бог даёт нам видеть плоды Своего труда. Если Бог не исцеляет кого-то, мы рады тому, что рассказали Евангелие, мы же служители церкви, а не социальные работники.

– А примерно, для обзора?

– Христианский Центр пропускает примерно около четырёхсот человек в год.

– Я знаю, что с 2006 года у вас началось сотрудничество с краевыми властями, организация координационного совета по проблемам наркомании и алкоголизма в крае. Как он функционирует?

– Мы сотрудничаем с ККНД. (Красноярский краевой наркодиспансер). Они берут от нас людей, по нашему ходатайству - для оказания медицинской помощи. После мед.помощи мы оказываем духовную реабилитацию людям.

Кроме того, в отделении ККНД по улице Песочной наши братья Сухорадо Владимир и Скорупский Антон проводят общение с желающими, с теми, кто находится там на лечении от алкоголизма и наркомании. Оттуда много людей обращается в последствии к нам за помощью в духовной реабилитации.

– В красноярском Доме Молитвы проходят консультации для желающих попасть в центр соц.помощи, это правда?

– В среду утром и вечером, в понедельник, пятницу и воскресенье – с 11 до 15 часов. По воскресеньям ещё проходит родительская группа.

- Сколько сейчас существует центров (ХЦСП) в крае?

– Одиннадцать.

– Какова вмещаемость центра?

– От 4 до 10 человек.

– Ты их все наизусть помнишь?

– Конечно, помню.

– Можешь назвать?

– В Енисейске, Ново-Енисейске, Лесосибирске, Шарыпово, Дубинино, Дивногорске, Заозёрном, Железногорске, Емельяново, Абазе и Талнахе.

– А как так случилось, что вы стали организовывать центры в других городах и районах нашей необъятной родины?

– Новосибирск, Иркутск, Омск? Сначала мы отправляли туда своих людей.

– Зачем? Как это вообще случилось?

– Служители этих регионов выходили на нас.

– Когда впервые начали обращаться к вам за помощью?

– В 2001-2002 году к нам стали поступать просьбы помочь в организации.

– Слышали просто, что здесь люди успешно проходят духовную реабилитацию?

– Да. Сначала стали присылать своих служителей к нам, а потом стали обращаться с просьбами помочь в организации ХЦСП в их регионах.

– В скольких городах организовали центры?

– Красноярск участвовал практически везде: в Иркутске, в Новосибирске, Томске, на Алтае, в Санкт-Петербурге, в Москве участвовал…

– Вы по своей системе открывали центры? Я знаю, что вроде как в Москве и Петербурге, там немножко по-другому обстоит дело с организацией центров духовной реабилитации…

– В Москве - по нашей системе, в Петербурге немного другая система, но суть не в этом. Мы же автономное братство. Смысл в том, что церкви нашего союза начали понимать важность социальной работы, и что эта работа - наше лицо. Вот и всё.

– Как власти относятся к социальной работе в баптистских церквях?

– Нормально относятся. Нигде не препятствуют.

– Социальному служению в Красноярском крае исполнилось десять лет. Каковы итоги, планы на дальнейшую работу? Может быть – открытие новых дополнительных центров социальной помощи?

– В Красноярском крае не нужно больше центров. Те объемы, на которых мы работаем, их достаточно на сегодняшний день для нашего братства. Сейчас мы расширяем спектр социальной работы, берём беременных женщин или женщин с маленькими детьми, берем женщин, в семье которых совершалось насилие… Сейчас ещё работает команда, которая помогает пожилым людям в церкви продуктами. Игровая зависимость, женщины, желающие сделать аборт по каким-то социальным причинам…

– А бомжи проходят у вас реабилитацию?

– Бомжи проходят.

– Есть успешные случаи, когда бомж прошёл реабилитацию, а потом начал жить христианской обновленной жизнью?

– Мало очень.

– Твоё мнение: с этой категорией людей сложнее работать? Почему такая низкая результативность?

– С бомжами у нас не получается, потому что у нас нет на них направленности.

– А что значит, нет направленности?

– То есть мы целенаправленно не ищем их и не работаем с этим контингентом. Кроме того, я думаю, что у многих из них есть психологические травмы… с ними психологам надо работать больше.

– Не так просто?..

– Наркомания сейчас тоже другое лицо приобретает, то есть с наркоманами сегодня тоже нужно по-другому работать.

– Да? А какая наркомания сейчас?

– Если раньше наркоманы были больше криминального склада, в группе риска находились также трудные подростки, люди, склонные к совершению преступлений, то сейчас причины у наркомании другие. Чтобы приобрести наркотики, достаточно сходить в аптеку. Дети приобретают в аптеке лекарства, какие-нибудь обезболивающие… кушают их, и сидят дома в компьютер играют. По сути своей являются наркоманами, такими же, как опиумные или героиновые наркоманы.

– Серьезно? Это вызывает зависимость и какой-то выброс эндорфинов?

– Да. Все кофеиносодержащие лекарства создают такой эффект.

– С такими людьми сложнее работать?

– Сложнее.

– Почему? Потому что наркотик настолько доступен или…?

– Потому что люди социально более благополучны, чем «стандартные» наркоманы.

– Им просто есть куда идти?

– Ну, они никуда и не уходили.

– Получается, что сейчас процент «выздоровевших» ниже, чем раньше?

– Нет, процент не от нас зависит, не от нашей программы, когда мы даже ничего не делаем, люди всё равно обращаются к Богу! А когда мы «пыхтим», стараемся изо всех сил, бывает, ничего не происходит. Бог делает Свою работу. А придуманные программы – это всё ерунда.

– А то, что ты говоришь, психологам нужно работать…?

– Психологам с людьми нужно работать для того, чтобы достучаться до их сознания. Сознание закрыто, люди не готовы открывать свое сознание для Бога. Я это имел ввиду. Я же не за то, чтобы они вменили им какое-то новое сознание, а за то, чтобы достучаться до людей, и помочь им.

– То есть эти люди настолько закрыты?

– Да…

– Какие у вас планы в служении?

– Сейчас мы пригласили одного американца из Новосибирска, психолога, для того, чтобы он обучал наших лидеров христианской психологии. Будет годовая образовательная программа для служителей центров.

– Сколько всего сейчас служителей центров?

– 11. Но у нас ещё есть социальные работники. Мы стараемся, чтобы они были в каждой церкви для того, чтобы приходящему за помощью человеку была оказана грамотная помощь и консультация.

– Когда начнётся обучение?

– 26 октября началась.

– Для социальных работников или для лидеров центров?

– Для социальных работников, но в основном – это лидеры центров.

- Жень, я могу только пожелать вам обильных благословений в вашем труде, дай Бог вам сил и терпения, вдохновения – совершать его от всей души и дальше!

- Спасибо, Ксюш!

Для справки:

Центры существуют при каждой церкви и содержатся полностью за счёт пожертвований поместной церкви.

Целью социального служения не стоит избавить общество от наркомании и алкоголизма, но решать проблему греховности человеческого сердца.

Ксения Дурандина.

Медиаслужение ЕХБ Красноярского края.